Коронавирусная инфекция создает проблемы даже при легком течении болезни — причем не только медицинские, но и социальные: прежде всего вы не можете выйти из дома. Проблемы многократно усугубляются для людей с инвалидностью, независимо от того, лечатся они от коронавируса в больнице или дома. Соцработники и родственники в «красную зону» медучреждений не допускаются, и это существенно ухудшает положение пациентов, нуждающихся в постоянном уходе. В больницах для пациентов с инвалидностью рекомендуется создавать дополнительные посты младшего медперсонала, но пациенты жалуются на нехватку необходимой помощи. “Ъ” исследовал разницу между тем, как положено помогать инвалидам в пандемию и как им помогают на самом деле.
10 ноября депутаты Госдумы обсуждали с вице-премьером Татьяной Голиковой ситуацию с коронавирусом. Депутат Михаил Терентьев (ЕР) спросил госпожу Голикову, а заодно министра здравоохранения Михаила Мурашко, возможно ли организовать в «красной зоне» ковидных больниц для людей с тяжелой инвалидностью, нуждающихся в постоянной помощи родственников и соцработников, доступ родных, чтобы те могли за ними ухаживать. Господин Мурашко отметил, что «доступ родственников, которые помогали бы в уходе за такими пациентами, впрямую не ограничен, но есть риски их заражения»: «Поэтому у нас в программе госгарантий есть такая норма, что если пациент требует индивидуального ухода, то может дополнительно выставляться пост». Министр допустил, что Минздрав «в этом вопросе даст разъяснения еще непосредственно в медицинские организации по работе с инвалидами».
“Ъ” обратился в Минздрав с просьбой пояснить, какие именно разъяснения могут быть даны по этой теме.
Посещения больных в инфекционных отделениях запрещены,— сообщили в Минздраве.— Нахождение посторонних в «грязной зоне» инфекционных госпиталей увеличивает риск заражения.
В ведомстве заверили, что ковид-пациентам с ограниченными возможностями медпомощь «в стационарных условиях оказывается с учетом всего необходимого им ухода», и подтвердили, что для таких целей «в отделении специально устанавливается пост ухода в лице младшей медицинской сестры по уходу или санитарки». «Напомним, что в соответствии с приказом Минздрава России 198н обязательной госпитализации вне зависимости от степени тяжести заболевания подлежат граждане с диагнозом COVID-19 из группы риска»,— добавили в ведомстве.
В Минтруде России “Ъ” сообщили, что до регионов «в рабочем порядке» «доведены разъяснения о необходимости уделить повышенное внимание пожилым гражданам и людям с инвалидностью, за которыми ухаживают близкие родственники». «Если близкие оказались в больнице или на самоизоляции, нужно оперативно обеспечить необходимый уход оставшемуся без помощи человеку»,— отмечает Минтруд. При этом в период распространения коронавируса порядок помощи на дому не меняется: «Социальные услуги на дому оказываются всем нуждающимся в социальном обслуживании, их оказание не зависит от санитарно-эпидемиологической обстановки».
Минтруд поясняет, что анализирует региональные перечни социальных услуг: «В ряде их нормативно предусмотрено сопровождение граждан, проживающих в социальных стационарах, при их госпитализации. Для унификации этой процедуры разработан проект постановления правительства РФ, вносящий изменения в примерный федеральный перечень социальных услуг». Документ сейчас на стадии общественного обсуждения, в случае принятия он добавит в перечень услуг сопровождение граждан, проживающих в стационарных учреждениях соцобслуживания, при их госпитализации. Правда, это не будет относиться к госпитализации «в инфекционные отделения стационаров».
«Инвалиды в этом не виноваты»
В ноябре председатель комиссии по доступной среде и развитию инклюзивных практик Общественной палаты (ОП) РФ Диана Гурцкая обратилась в Минздрав, Минтруд, Роспотребнадзор и другие ведомства с просьбой помочь людям с инвалидностью во время пандемии. Она предложила организовать для соцработников и родственников возможность ухаживать за заболевшими и «контактными», которые оказались беспомощными в «красных зонах» ковид-отделений или дома на самоизоляции.
Люди с инвалидностью и маломобильные граждане, которым нужна круглосуточная помощь, в пандемию, «попали в крайне тяжелое положение», отмечает госпожа Гурцкая. На самоизоляции они «остаются одни, запертые в квартирах», с ними не могут контактировать соцработники и волонтеры, а при госпитализации они лишены ухода в больницах, так как сопровождающих не пускают вместе с ними в «красную зону».
Поводом для обращения стала история коллеги госпожи Гурцкой по ОП Вологодской области Анны Хрястуновой. Та сообщила в соцсети, что она и ее старший брат Александр с детства больны спинально-мышечной атрофией (СМА — редкое генетическое заболевание, которое повреждает нервную систему. У больных СМА постепенно слабеют и атрофируются мышцы, людям становится тяжело дышать, и они без регулярного дорогостоящего лечения могут умереть в течение нескольких лет.— “Ъ”), передвигаются на инвалидных колясках и за ними ухаживает их мать.
В октябре все трое простудились, коронавирус был подтвержден только у матери Анны Хрястуновой. Через две недели медикаментозного лечения Александру стало хуже, и врачи скорой решили срочно отвезти его на КТ. «Надо знать, как Сашу держать, поправлять при перевозке,— рассказала “Ъ” Анна Хрястунова.— Поэтому мама, больная COVID-19, была вынуждена ехать вместе с ним». Сама Анна впервые оказалась дома без поддержки близких: «Я не могу сама ни поесть, ни попить, ни сходить в туалет, мне стало страшно, и я стала звонить на местные горячие линии и телефоны соцобслуживания». Там ей отвечали, что соцработникам нельзя ходить к «ковидным» и «контактным», иначе их тоже придется отправить на карантин, а Анна Хрястунова в этом случае будет оштрафована.
Тем временем КТ показала, что легкие Александра поражены на 50%, его экстренно госпитализировали, но мать не смогла поехать с ним и оставить дочь дома одну. По словам Анны, главврач пообещал, что к Александру будет подходить больше персонала, «но кнопка вызова — не в руке, а на стене, и он до нее не дотягивается». Медсестры подходят, когда он зовет, но говорят, что «не обязаны возиться», рассказывает госпожа Хрястунова. С помощью замгубернатора Вологодской области по соцполитике Ларисы Каманиной на третьи сутки Александра перевезли во Второй моногоспиталь, но он жаловался, что и там не было грамотной помощи.
Об аналогичных случаях “Ъ” рассказали и московские пациенты:
Два месяца назад в больнице №64 с ковидом лежал мой родственник, который страдает от рассеянного склероза,— рассказала на условиях анонимности мать ребенка-инвалида.— Утку не меняли, у него пролежни начались. Ему было очень больно, он жал на кнопку помощи, но врач пришел и забрал у него эту кнопку.
Она также отметила, что другой ее знакомый находился примерно в то же время в 67-й больнице, где проходил лечение от онкозаболевания: «У него отказали ноги в результате лечения, а из-за ковида больница закрыта, родственники посещать его не могли. На все отделение только две сиделки, за услуги которых необходимо доплатить по 3,5 тыс. руб. в сутки, никакие санитарки или нянечки от отделения не помогают».
«Могу точно сказать, что заболевший человек с тяжелым нарушением подвижности ног и рук окажется в крайне беспомощном состоянии,— заявил “Ъ” депутат Совета депутатов Калининского района Челябинска, инвалид-колясочник Николай Ольховский.— Забота о нем ляжет полностью на его семью. К сожалению, не во всех семьях есть сильные родственники, чисто физически способные пересаживать и перекладывать взрослого человека с места на место. К счастью, я не болел коронавирусом, но даже в обычное время мне гипс при переломе лодыжки накладывали с обязательной помощью сопровождающего, потому что держать ногу больше было просто некому». По словам господина Ольховского, человек, который сам себя обслуживать не в состоянии, в «красной зоне» больницы получит минимальную поддержку: его покормят и пару раз в день помогут перевернуться с боку на бок и сходить в туалет.
Инвалид первой группы Олег из города Миасс рассказал “Ъ”, что ему с матерью (инвалидом-астматиком третьей группы) пришлось переболеть коронавирусом дома, причем женщина тяжело переносила заболевание.
Скорая приезжала несколько раз, но медики сделать ничего не могли без анализов,— говорит Олег.— Разворачивались и уезжали, посоветовав вызвать врача. Когда маме стало совсем плохо, я настоял, чтобы ее увезли на КТ. Прождали всю ночь, забрали маму только в семь утра.
Женщину доставили в соседний Златоуст, анализ показал крайне опасный для астматика уровень сатурации — 88%. Но пациентку не положили в больницу, а вернули в Миасс: «Мест даже для тяжелых пациентов в стационарах не хватает. Приходится лечиться дома». Отметим, власти нескольких уральских регионов несколько раз за последние месяцы сообщали о дефиците «ковидных» коек.
В начале октября в Челябинске скончался от COVID-19 62-летний инвалид второй группы с ишемической болезнью сердца, сердечной недостаточностью и диабетом второго типа. Как писали местные СМИ, в больнице, где он находился на плановом лечении, мужчина контактировал с зараженным COVID-19. После выписки пациент заразил сына. Когда у того выявили двустороннюю пневмонию, участковый врач выдал пенсионеру направление на КТ. Скорую, которая должна была отвезти его на исследование, инвалид и его семья безуспешно ждали двое суток.
«Необходим допуск специально обученных соцработников»
На публикацию Анны Хрястуновой отреагировала председатель Свердловского регионального общественного движения инвалидов «Доступная среда всем» Ольга Небесная. Она считает, что необходим обученный патронаж в социальных службах, ставки санитарок и обучение их грамотному уходу за лежачими больными. «Необходим допуск специально обученных соцработников в «красную зону» на дому и в больницах, а также стимулирование выплат по аналогии с выплатами врачам и в ПНИ,— заявила она.— Прошу обратить внимание на этот материал соответствующие структуры Свердловской области — законодательное собрание, министерство социальной политики».
Дополнительные посты медперсонала в больницах не решат проблему ухода за инвалидами во время пандемии, сказала госпожа Небесная “Ъ”: «Медсестра на посту следит за состоянием пациента, но она не может за ним ухаживать и не должна. Она не будет его постоянно переворачивать, поить, кормить, подавать ему утку, разминать его тело, чтобы не было пролежней. Этим должны заниматься профессионалы за достойную зарплату, в том числе санитарки, которых в больницах почти не осталось, а на дому — соцработники. А у нас инвалиды в больницах лежат голодные и мокрые». «Я передвигаюсь на коляске, за мной ухаживает 86-летняя мама, за ней самой уже нужен уход,— рассказала Ольга Небесная.— Но если коронавирус обнаруживают у одиноких инвалидов или в больницу забирают ухаживающего за ними родственника, люди оказываются в страшном положении, ведь даже соцработники к ним не идут».
Меня просто потрясла история семьи Анны Хрястуновой и тех проблем, с которыми они столкнулись,— заявила “Ъ” Диана Гурцкая.— Дело даже не в загруженности или равнодушии медиков. Беда в отсутствии специалистов, которые знают, как правильно организовать уход и оказать помощь людям с инвалидностью. Одна история стала достоянием гласности, а сколько таких еще, утонувших в тиши? Сколько жертв у пандемии по причине неправильного ухода?
Источник: Ъ.
